Министерство труда и
социального развития
Республики Дагестан

горячая линия

(8722)64-15-04


Граждане, столкнувшиеся с фактами коррупции при получении социальных выплат безработным гражданам, включая пособия по безработице, могут обратиться в Министерство труда и социального развития Республики Дагестан по телефону «горячей линии»
+7 (8722) 64-95-71

Повороты судьбы


<div align="justify"> Повороты судьбы Авторы: Диана Серегина, Юсуф Алиев
  <br />
Адрес дома-интерната для ветеранов в Махачкале надо знать всем – на всякий случай. Во-первых, надо иметь в виду, что там может оказаться любой – никто не знает поворотов судьбы. Во-вторых, если захочется сделать для стариков что-нибудь эдакое, приятное: занести конфет, печений или даже провести там день, болтая со стариками о том, о сем. Вдруг какие-то артисты захотят устроить там благотворительный концерт, а бизнесмен – построить площадку для гольфа… Так вот, дом-интернат для ветеранов находится в поселке Сепараторном, на горке, на улице Солдатской.

Информация для тех, кто на всякий случай имеет в виду Дом престарелых
  
Здание интерната было построено в 1969 году, оно двухэтажное, добротное, с толстыми стенами. Прилегающая к дому-интернату территория вдохновляет – молодые сосенки, кусты сирени, плодовые деревья. За последние три-четыре года здесь их было высажено где-то 400. В беседках сидят старики и обсуждают футбол: хорошая команда, – доносится до нас.  Не как ;. А кто-то гуляет за пределами территории или ушел на рынок – здесь это не возбраняется. В советские годы в интернате жили в основном русские и русскоязычные со всего Союза, свободных мест не было. Сейчас – местные, всех национальностей. Дом-интернат заселен только наполовину: из 102 мест занято 59.

Не знаю, с чем это связано, но осмотр заведений этого типа, или порядка, принято начинать со столовой. Здесь она просторная, светлая. По аромату из кухни понимаем: сегодня здесь будет борщ. Читаем меню: на обед – борщ, соус с курятиной, компот, хлеб; на ужин – гречка, салат, чай, хлеб; утром были каша, масло сливочное, кофе, колбаса. Иногда и постояльцы дома принимают участие в формировании меню, по их желанию готовят блюда национальной кухни. У входа в столовую висит ящик, в который можно опустить записку с пожеланием отобедать того или иного блюда. На стенде с нормативами указано, что каждый постоялец дома должен получать не менее 2830 ккал в день; также прописаны нормативы по постельному и нижнему белью, полотенцам, другим средствам личной гигиены. Кроме медицинского персонала, жильцов дома обслуживает и свой парикмахер.

На втором этаже комната отдыха. Здесь большой плоский цветной телевизор, подарок Министерства спорта и физической культуры. Хотя телевизор есть в каждой комнате, но старики любят собираться здесь – вместе не только веселее, можно поговорить, обсудить какую-то тему, поспорить.

Информация для тех, кто знает, что пути Господни неисповедимы.
  
Османова Кушмета тепло, стоит мягкая кровать, на ней большая пышная подушка, рядом умывальник, обеденный стол, на окнах – занавески, на полу – ковер. Про него рассказывают, что он – один из самых активных жильцов дома, на всех вечерах – первый танцор. А посмотришь и не скажешь Кушмет всю жизнь чабанил, потому лицо от ветров и солнца потемневшее, суставы на пальцах выпирают, как будто им тесно. Была у него и своя квартира от совхоза, но жить одному было тоскливо, и он чуть не женился. Женщина оказалась аферисткой. Сына Кушмета убили, но осталась внучка; фото сына с внучкой у него в мобильнике. Есть и дочка, но она сама живет с семьей в стесненных условиях. Кушмет поехал к ней на месяц, думал даже остаться, но вернулся через семь дней.
  
Соскучился. Здесь все стали мне родными, они меня уважают… Здесь живу, а больше ничего и не надо,

– говорит Кушмет.
  <br />

  <br />
У Гульмиры Отемисовой тоже когда-то было свое жилье, но она его продала и поехала к сестре в Алтайский край. Но та вскоре уехала в Германию, и Гульмира вернулась в Дагестан. А тут заболела мать, врачи отказались от нее, и десять оставшихся месяцев она прожила здесь в интернате. Гульмира вспоминает, как мать хвалила интернат, и говорила спасибо государству, что есть такое заведение. Вот теперь и Гульмира здесь. У нее есть сестры, братья, но у них у всех своя жизнь: один из братьев стал ваххабитом, да и кому охота идти к тем, кто тебя бил, так она нажила искривление позвоночника и опущение почек.
  <br />
- Одно по-настоящему больно, что не вышла замуж, - говорит Гульмира. – От этого мытарствую. Мне гадали, что весной выйду замуж, весной не выходила, тогда говорили, что осенью, - вспоминает она. Единственное, чем хвалится, так это тем, что жила в совхозе, где был знаменитый Государственный племенной овцеводческий совхоз ордена Ленина, снабжавший саму столицу. Совхоз, рассказывала она, приносил миллионные доходы, второе место занимал в стране по сдаче тонкорунной шерсти.
  <br />

  <br />
На столике стоит репродукция девочки из журнала «Женщина Дагестана».
  <br />

  <br />
- Когда смотрю на это личико, на душе становится спокойно», - говорит она.
  <br />

  <br />
Есть здесь и комнаты молодоженов, они больше, конечно, как раз на двоих. Случаются и здесь браки. Шамсият Асланкадырова – инвалид по зрению, у нее минус 12. Матери нет, есть отец. Дома за Шамсият некому смотреть, так она и оказалась в доме-интернате. Замужем Шамсият второй раз, у нее есть дочка, школьница. Ее муж, Мавлет Забитов, инвалид по слуху. У него тоже это второй брак, здесь оказался потому, что не хочет обременять взрослых, обустроивших свою жизнь, детей. А квартиру, где жил с братом, отдал после его смерти его семье. Мавлет – мастер на все руки, он и шофер, и электрик. Он частенько помогает в интернате по хозяйству.
  <br />

  <br />
Асев Пазулаев и Нина Сердюкова тоже семейная пара. Когда я зашла к ним в гости, они как раз чаевничали, ели зефир в шоколаде.
  <br />

  <br />
13 лет живут вместе Бикеханум Гамидова и Эльдар Саидов. В прошлом году он совершил хадж по благотворительной программе Сулеймана Керимова. Бикеханум Гамидова – инвалид детства. У нее есть братья, сестры, но с ними она не общается.
  <br />

  <br />
Информация для тех, кто захочет сделать что-нибудь для знакомых ему людей
  <br />

  <br />
Вся трудовая жизнь Савдат Астратьянц была связана с телевидением, она проработала там режиссером 40 лет. Все случилось после того, как произошел пожар в квартире. Женщина не смогла там больше жить, продала ее задешево и уехала к дочке в другой город, за пределы республики. Но там, говорит, жить не смогла, тосковала по родине, по коллегам. Вот и вернулась.
  <br />
Валентина Захаровна Ивганишвили из Грузии, родители погибли в Великую Отечественную войну. Приехала в Дагестан, работала домохозяйкой в доме у Расула Гамзатова, потом на рыбных промыслах, поваром на корабле. А вообще она маляр, штукатур. «На Домбассе в шахте работала 10 лет, - рассказывает Валентина Захаровна. – Жилья своего здесь не было. Обещал помочь Расул Гамзатович, а потом его жена Патимат, но вскоре их не стало, а многие родственники этой семьи в Москве. Устала, - говорит она, - когда заболела, врачи направили сюда». Во время грузино-осетинского конфликта погиб ее сын.
  <br />
- Кормят здесь хорошо, три раза в день, а в четвертый – то кефир, то кисель, что-то тоже дают, чистота, баня здесь, - говорит женщина.
  <br />
Уже собиралась уходить, но мое внимание привлекла высокая, стройная пожилая женщина, русская. Она держалась, как мне показалось, особняком. Кулакова в Дагестан приехала из Томска, здесь вышла замуж за дагестанца, когда муж умер, пришла его старшая сестра и попросила «освободить помещение». Она ушла в дом-интернат. Летом родственники обещали приехать за ней.
  <br />
Информация для благотворителей
  <br />
Мажид Мирзаев, директор дома-интерната, рассказывает, что когда стал директором, дом-интернат был в жалком состоянии, инвентарь был старый, газ – в баллонах. Не было ни этой ухоженности, ни сада, ни чистоты вокруг. А сейчас красота и чистота, ее навели и теперь поддерживают сами жильцы интерната и его работники. Однако еще многое предстоит сделать, да только возможности нет. Мало выделяют средств. Вон порушенный забор – частники рядом строились и для удобства передвижения разрушили стену, и теперь коровы и козы со всего округа проходят в сад.
  <br />
В правом крыле здания нет пожарной лестницы, и надзирающие за пожарной безопасностью органы исправно выписывают штраф за штрафом – 15 тысяч рублей. Установка лестницы обошлась бы дому в 500 тысяч рублей, денег нет, вот и приходится платить при каждой проверке. В пресс-службе МЧС говорят, что Дом престарелых «Ветеран» на хорошем счету, и отсутствие пожарной лестницы – это единственный недостаток. А нам показалось, что это не недостаток, а беда интерната и всех его жильцов. Вспомните один из последних пожаров в доме престарелых. Он случился в станице Камышеватская Ейского района Краснодарского края. Погибли 61 пенсионер и медсестра, еще один скончался в больнице. Пожары в таких заведениях не редкость в нашей стране. В МЧС хорошо знают об этом.
  <br />
По дороге к дому-интернату текут канализационные воды, многократные обращения в коммунальные службы результата не дают. ?Гусейн Гусейнов, постоялец дома, говорит, что асфальт на дорогах и год не держится.
  <br />
Якуб Совзиханов ждет, когда наладят Интернет.
  <br />
Вспоминается, что сквер у дома-интерната обещали облагородить ландшафтные дизайнеры школы «R&D». Может, еще сделают…
  <br />
Когда шла работа над материалом, стало известно, что дагестанские таможенники помогли дому с ремонтом санузлов. А вот парковые скамейки, на которых отдыхают старики, а также деньги на бассейн и фонтан подарил дому-интернату председатель Общественной палаты РД Г. Гамзатов.
  <br />
Благотворителей всегда немного, как и вообще хорошего. Но их помнят, о них рассказывают… Может, кому-то покажется это интересно – помочь Дому, в котором по разным причинам живут наши земляки. Помощь бывает тоже разная: где деньгами, где работой, где участием, словом. Выбирайте. </div>

← Назад к списку новостей